zverenka: (Default)
Сказка. Немного отредактированная (если кто уже видел первый вариант).
Кстати, буду рада и критике, если что (конструктивной;)



Часть первая
Сашка заметил это еще в старших классах школы, когда, отчаянно скучая на уроках, представлял себе всякое дурацкое, и оно почти что сбывалось. Но он понимал - опять мерещится, и в ту же минуту морок сходил.
НиннаПална, химичка, в мелованном сером пиджаке, вызывала у него особенный сонный рефлекс. А с тех пор, как товарищ Гаврилин (в народе Гаврош) был трижды пойман ею за чтением книжек на уроке, она вынесла страшный приговор - сидеть не далее второй парты, в зоне видимости.
За это Саша рисовал ей усы. Усы были чёрные, в тон подведенным бровям и густо накрашенным ресницам, роскошные, росли постепенно, закручивались то лихо вверх, то сурово вниз, и это помогало ему не уснуть. Впрочем, НиннПалне было тоже как-то не по себе. И не то, чтобы Гаврош сверлил её взглядом, не то, чтобы она вообще думала, что он причина её волнений, она просто хваталась за зеркальце и каждые десять минут нервно поглядывала в отражение. Так опаздывающий поглядывает на часы - был бы рад и чаще, но чаще – перед людьми нехорошо. Отражение в зеркальце оставалось почти неизменным, если не считать странного выражения глаз.
Продолжение... )
zverenka: (Default)
Придумала историю, про то, как человек регулярно брал интервью у диспетчеров лифта - нажимал на заветную кнопочку "связь" и задавал свои вопросы. Исследование, например, проводил. Или вообще, может быть, в девушку из диспетчерской влюбился, и все никак не мог её найти. Вот и придумал рассказывать про интервью. Не знаю, напишется оно, или нет. Но, кажется, вполне мог бы быть такой весенний Питерский сюжетик, типа кино "Питер FM" :)

Еще купила в троллейбусе, который вёз меня на фотовыставку, 2 билета. Потому что первый попался "395394", как я могла упустить такой шанс? И мне не кажется, что это читерство. В конце концов, я могла занимать два места, мало ли, везя в качестве багажа своё гипотетическое счастье за 19 рублей.

По этому поводу тоже придумала себе сказку про то, как мироздание дало задание выдать счастливый билет кудрявой девушке в черном пальто с капюшоном. И незадачливый ангел формально все сделал, как велено. Это потому что на следующей остановке вошла тоже такая девушка и купила билет. Кстати, увидела номер и даже нашла глазами меня. По-крайне мере, мне так показалось*)

the box

Mar. 23rd, 2010 10:48 pm
zverenka: (маленький жОлтый будда)
Когда, без пятнадцати два, солнечный свет заливает собой улицы между Таврическим и Смольным, мир обретает вкус чая с лимоном, у кого-то сладкого, у кого-то нет, и начинаешь верить в весну.
Когда, без пятнадцати восемь, подъезжаешь к дому - небо все еще светлое, только вступает на свой сумеречный порог; закрадывается мысль - а каково это, когда белые ночи, а кругом снег, вот как сейчас, и все те же сугробы выше тебя. Но написать я собиралась о чем-то совершенно другом.

Я хожу эти последние пару дней со странным ощущением, будто в моей груди притаился дурацкий чёрт на пружинке. Кажется, пара неловких движений, и вот он выскочит - смешной для тех, что смотрит на все со стороны, и идиотский, обидный для того, кто открывал свой сюрприз, тоже вынужденного смеяться в голос, чтобы не проявить слабины. И вот я хожу с этой мыслью, и все боюсь, боюсь открыть эту коробочку даже наедине с собой, потому что нафиг надо - пугаться. Потому что вдруг там и не чёрт вовсе, а что-то другое, еще неприятней. И всё жду, чтоб прошло.

И никак не дождаться тепла. Не дождаться погоды, в которую хочется идти ногами по путанным улицам, искать незнакомые маршруты, пить где-то кофе, и, конечно же, рассказывать сказки, придуманные на ходу. Такие, чтобы потом сбывались. Чтобы город чеширрски жмурился, а на душе не было никаких дурацких чертей...

Ветер. Холодный неправильный ветер.
zverenka: (летать)
Моя Нелли хватает меня за запястья и, сверкая глазами, рассказывает взахлеб свои новости, так, что я едва поспеваю за её немецким.
- Ты только представь! - Говорит, - Я вообще не понимаю, что же мне выбрать, как все успеть.
Ты не знаешь, где можно взять такую машинку, чтобы на пару месяцев меня размножить?
- Не, - отвечаю, - и ты, кстати, не думай, что при наличии двух тебя проблем станет в два раза меньше. Ровным счётом наоборот!

получается даже почти рассказ )
zverenka: (ребёнка)
И, - говорит он мне, - отпивая из горла ямайского рома, - меня когда из школы уволили за то, что я детям вместо бейсика на информатике основы пользования офисом преподавал, сразу приятель появился и работу предложил, а я не особо привередливый был, какая разница - админить, кодить - ну и пошёл к ним кодером. Времени свободного сразу не стало, зато появилась куча денег непонятная. Но деньги-то - это ладно. Самое смешное, что буквально через пару недель они меня практически на месяц в Прагу в командировку заслали, вменив в обязанности с чешскими коллегами по кабакам шляться или пить пиво на большущей мансарде офиса, с видом на город...
Однажды в блоге написал про то, что начальство совсем уже ебанулось и решило офисы освятить. Вызвало батюшку, все дела. А у нас бубен с пентаграммой в серверной висел, я еще поёрничал, что поп нас, админов богомерзких, анафеме придаст. Ну пошутить-то пошутил, но он правда, когда на следующий день кадилом своим у нас помахал, два сервера от святой воды и ебнулись с феерверком. Особенно смешно было, что на одном из них вся бухгалтерия хранилась.
Ну поржали, начальство предупредили, а я потом к одной любимой женщине на ночь решил нагрянуть, звоню ей, а она у второй в гостях, с которой я кофе на следующий вечер пить собирался. Я, конечно, несколько от такого расклада опешил, но чего делать, поехал туда. Пить кофе втроем)


--
Я его дразню, сколько знаю, что он персонаж. Даже девочку, которая про него пишет придумала.
Только фантазия у нее слишком богатая, поэтому герой получается живой, но не слишком правдоподобный - слишком уж часто он влипает во всякие чудеса...
zverenka: (Default)
ТравЫ на островах да по самую грудь, в них тонуть, в них как в море уплывать, в них падать, обнимая колоски. В словах сухая пустота, гулкая, как падающие на деревянный пол башмаки, чуть скрипящая на зубах, потому что не искренне. А я всё не придумаю тебя, суженный - ряженный. Не придумаю - не увижу. Лесами летними брежу, а сама сажусь в чужие машины, в автобусы с запотевшими стёклами, и безнадёжно еду в сторону Европы, еду, еду, еду, не пересчитать километров, и всё как бы одно и тоже, и иногда даже кажется - хорошо. А до зеленых листьев еще месяца два. И до высокой травы - все четыре. Март без солнца - безтолковое зрелище.

Увези меня в моё придуманное. Возьми сказки мои в приданное.
Хорошо кругом, да всё не так. Приснись.

Съем счастливый билетик, запью молоком с мёдом, пойду спать.
Странная девочка.
zverenka: (Default)
[никому]

Привет,
белым снегом гладит меня зима, я уже научилась дышать сама, я укутана в шарф и свет на востоке окрасил воздух. Где бы не был ты, с кем бы ни, я все так же чувствую эту нить, не обрезать, остановить, разменять пять минут на жизнь, а мороз нарисует вязь на трамвайных окнах.
Разноцветный зимний спешит народ, там где дети режут коньками лёд, с подоконника щурится чей-то кот, я вбегу румяная в этот год, в дом, где ждут, где уют и чай; и как будто в общем-то невзначай - буду нежной.
За зимой, хороший - чужой, поверь, будут март и звонкий смешной апрель, ну а ты никогда мне не станешь прежним.
Встрепенется город родной с весной, лед в залив унесет Невой, и как будто небо без нас с тобой вдруг расправит плечи.
Дозимуй, пожалуйста, доживи. Добеги до кромочки той любви, изживи её и живи.
Время лечит.

zverenka: (мяка и кактус)
Апельсины катятся, рыжие, круглые, а я дура-дурой, с чайниками в обнимку, такая же круглая, такая же рыжая, и тоже качусь, а куда только осени ведомо, рыжие лисьи листья кленовых аллей закружены ветром, запружены улицы, и если выходишь - не забудь зонтик. Не забудь деньги. Не забудь почистить зубы. Не забудь выключить утюг. Не забудь себя и покормить кошек. Не забудь быть.

За апельсинами катятся слезы о том, как он уходил, такой не плохой и не хороший, но настоящий и в сером пальто, и как чистил молча ботинки, и переставал быть.
Как хотелось выть, но молча ждалось. Как не моглось жалеть себя, потому что ну что же ты, ты же рыжая, ты же сильная, ты же женщина, ты же красивая, ты не имеешь права, потому что вот же он стоит, вот наматывает шарф, тобой даренный, вот отводит взгляды, потому что правильней так, потому что знаете оба, что апельсины катятся, рыжие, круглые, осень октябрем крашена, за ней ноябрь, месяц тлена, месяц тишины и передышки, за ним зима, а в нем ожидай себе поезда, ожидай маршрутки, руки в карманы, кофе пей, в ней кошки прячут носы под лапами, и в окна больше не бьются бабочки, даже по ночам.

И только железный не добрый голос дверного замка и до свидания.
Не с тобой. Не с ним. Любили и к осени перестали быть.

Пять минут. Вдох и выдох. И апельсины по полу, вдребезги чашка, кошки спрятались,
а ты хохочешь звонкими брызгами ушедшего лета и нота надрыва через сердце.
И невозможно.

26.65 КБ
zverenka: (летать)
Гладь меня ветром, волнами высокой травы, в летних платьях девочки бегут красивые, бегут
по миру, по полям, летят пестрыми птицами, семенами цветов летят, белые, легкие, вереском, перекатиполем, звонким хохотом рассыпаются, как капли с ели после дождя - если за ветви качать. Хрустально.

Скользи пальцами по спине, ненароком, касайся руки леном занавески, луна в окно, воздухи, запахи, мяты, душицы, пыльца между пальцами, кузнечики трещат, перестукивают секунды на часах тиками таками, тактами,
вздохами, выдохами, дыханиями. Мы с тобой хорошие.
Летние.

Совершеннолетние. Дети и взрослые. В малины заросли, по землянику спелую,
боже мой, на языке сладко горько восторг, лето, счастье. В мох падать и лежать, глядя на бесконечные облака, на небо, в неге, когда сам чуть дыша, от бега, задыхаешься и душа рвется бабочками из груди, потому что счастье и жить в нем вечно.
Ягоды.

На языке катаем, нежимся. Выгибаясь дугами, радугами над полями,
над лесом.
Красим закатом макушки деревьев в осень.
Хохотом и нежностью бытия.

Ты и я.
Которых никогда еще не было.

zverenka: (маленький жОлтый будда)
Либо ты В автобусе, либо ты ВНЕ автобуса
Том Вулф «Электро-прохладительный кислотный тест»

3 страницы в word - про то, что со мной делал июнь*) )
Ну и еще несколько дней, в которые другая и тоже замечательная Марина (и утренняя йога, я учусь правильно дышать, а в голову в это время лезет столько ерунды), в которые вспоминают имя костра, шутят и спорят, играют на там-тамах, приходят те самые «местные»; в которые понимаешь, что тут, в этом мирке прикольно уметь совсем другое, нежели то, к чему я привыкла – например, петь горловым пением или знать йогу; дни в которые (а может и до) я оказываюсь вроде как В (автобусе) Типи, Внутри, Вместе (но со Всеми ли?), и Втягиваюсь В проект, почти совсем чувствую себя своей, но все еще не решаюсь. Несколько дней, в которые лейбмотивом книга про Кизи и хиппарей, в которой то же единство, та атмосфера, и, читая ее, я остаюсь внутри, даже в электричке, даже в городе, даже когда дела и совсем далеко.
Несколько дней, в которые стоило отпустить того, кого больше нет, познакомиться заново и завязать какую-то уже совсем другую ниточку между (и жалко, что она стала длинней и прозрачней, но хорошо, что есть), и несколько новых. Несколько дней, которые изменили меня и продолжили менять мой мир.
И я надеюсь, что они, эти дни, пока не собираются заканчиваться. Потому что хочется снова – закрыть глаза, расслабиться и чувствовать, что легко. Что доверяешь. Чувствовать, как взмывает легким упругим мячиком к небу твоя душа, едва ты касаешься земли…
zverenka: (Default)
- Смотрите, - сказал кто-то с восторгом и показал на меня пальцем,- новенький!
- А и правда… Ну дает. Только попросили, и вот…
Вокруг меня враз собралась толпа, люди загудели, заговорили, засмеялись, и только я, как последний дурак, озирался, сидя на деревянном полу и потирал ушибленное колено, пока один из этих бравых молодцев в тельняшках не спохватился и не протянул мне ладонь. Я взялся за нее и чуть не взлетел вверх – силы обладателю этой ручищи было не занимать.
- Кэээп! Кээээп! – зычно позвал мой «спаситель» - Новенький на борту! Юнгу заказывал? Принимай!
Пол продолжал качаться подо мной, как если бы я был на корабле.
На корабле? Вот ерунда… Какой корабль? Откуда ему взяться на в нашем городе, да посреди оживленной улицы, я понимаю на пристани у моря, но тут? Нелепость какая.
Я шёл с Джеком и Ники по улице, в студенческую библиотеку (новый семестр, взять пару книг), а тут Ли окликнула сзади, ну я и оглянулся, а она хорошенькая, волосы – как смоль, челка с солнечными бликами, глазищи - утонуть, ну и вообще – девочка что надо, да и что скрывать, нравится мне – а тут такая встреча, и сама меня позвала, а ребята то там уже, и я здороваюсь, как дела, какие планы на вечер, давай в кино, на «Пиратов Карибского»? Ну и сам потихоньку спиной к двери иду, ждут ведь (так все не вовремя), сколько раз по этим ступенькам бегал, сколько на них сидели, каждую неровность помню, вот и захожу спиной спокойно, только напоследок вижу, как глаза у Ли округляются – даром, что восточный разрез, оборачиваюсь, смотрю под ноги, а пола подо мной словно нет - пустота какая-то - падаю. Пока летел, думал, может ремонт, и пол там чинят, или реконструкция какая, не предупредили. Ну и грохнулся. А тут вообще не понятно, что. Вроде и библиотека. Но другая. Стеллажи, книжки – это конечно, все как всегда, только где же ресепшен? Где вход в читальный зал? И полумрак этот - у нас там светло, компьютеры вдоль стен стоят, столики металлические, а тут кругом все деревянное, и еще какой-то спектакль на морскую тему устроили – капитаны, сюртуки, бороды и трубки. Разве что попугая на плече не хватает. Во влип. Стукнулся, наверное, головой, вот и мерещится…
Попытка потрясти головой, к слову, не помогла... )
zverenka: (Default)
Дж. в память о том самом вечере в "Красном Лисе",
Ниёлке с бабочками Конфуциями и почему-то тёплой Дяме из города Вл.






Дю сидела в кресле качалке, подобрав ноги под себя и обняв колени. Она мастерила в подарок сестрёнке тряпичную куклу с яркими, как осень волосами. сказка ) Небо застилали тысячи, миллионы цветных бабочек, и не было им ни конца, ни края…
Лишь, чем ближе становилась зима, тем больше пустело без осенних бабочек небо.

К зиме, прилетали с самого севера бабочки из белого серебра и, тихонечко звеня, оседали на землю первым снегом…
zverenka: (Default)
Однажды Эйфелева башня стала жирафом и отправилась гулять по Парижу. Бархатными копытцами ступала по булыжным мостовым, щурилась на солнце, поедала перистые облака и загадочно улыбалась. Любовалась нежными парижанками, стройными парижанами и маленькими яркими парижанятами, что с радостными криками носились по зеленым скверам и аллеям. Купалась в Сене и чесала своими рожками звонкое июньское небо. Только, увы, длилось это удовольствие совсем ничего - часика два или три. Пока не началась паника. Потому что как же это - Париж без Эйфелевой башни? Он и не Париж вовсе, а сплошное недоразумение! Грустят парижанки, возмущаются парижане, тыкают пальцами в небо парижанята маленькие. Ой беда, мон-шери, ой кошмар, мон-амур, жить-то без нее как, без башни Эйфелевой, этакой проказницы? Селяви!Селяви, конечно, селяви, но надо было срочно что-нибудь придумать... )
zverenka: (ребёнка)
Баю-баюшки-баю! Лялька гулит и гукает, тянет к свету крохотные ладошки, смотрит в окошко, а в васильковых глазах отражается поздне-апрельское небо. За окошком двор, на дворе лужи, на дворе трава, на траве дрова, на дровах важно восседает петух, главный авторитет птичьей братвы, что вся о красных гребешках, по утрам горланит, да хватает клювом за хвостики пестреньких цыпок. Цыпки бабкины, бабка живет в деревне, таскает ляльке парное молоко, по-смешному окает, пьет самогончик стопочками, да поет под гармонь, прям как в военну молодость, когда вдруг прямо в ихнем селе квартировался полк с молодыми красавцами солдатиками, да и погуляли всласть. Там потом пол деревни девок на сносях ходило... )
- Ой дитятко ты моё! - Бабка скалится золотым зубом, умиляется, трясет выгоревшей погрямушкой.- Не отдам я тебя врагу, голубу мою, никому не отдам... Сама съем...
zverenka: (Default)
Привет. За окном нежно-синяя майская ночь, а я давно хотела тебе сказать - я опять его не люблю. Кофе. Что поделать, я снова его не люблю. Я не пью его который день, который месяц живу без него. И мне хорошо.
*Разводит руками*
На кухонном подоконнике, рядком, выстроились баночки чая, коробочки чая, пакетики вкусного, нежного, разного, ароматного. Порядка восьми. А может и больше... На столе стоит наш восточный красавец - кальян. В шкафчике прячется шоколад. В холодильнике - карамельный сироп. Только кофе нет. Разве что где-то чуть-чуть про запас... На случай, если приедешь ты...
Иногда, когда ты бываешь рядом (пару раз в год, чуть чаще, чуть реже, в разных городах и историях), и варишь свой фирменный, насыпая специи в джезву - я пью и улыбаюсь. В тот момент мне хорошо, греет кофейное тепло, радует аромат. В те моменты я жмурюсь и разве что не урчу. Я даже пытаюсь делать такой же после отъезда. После разъезда нас по своим домам. Я люблю его две недели, и еще одну забываю, а после покупаю пять унций чая и несу домой шуршащий пакет.
Я опять не люблю. Мое сердце стучит слишком громко. Слишком остр вкус для рецепторов моего языка, царапают нёбо частички, чуть болит голова. И вот.
Я забыла его. Я снова пью чай. Грею руки о чашки и понимаю: кофе.
Я снова буду его любить, когда встречусь с тобой. Так повелось... Так получилось...

Мышка

Mar. 10th, 2007 08:36 am
zverenka: (Default)
Девочка-хаос. Девочка-весна. Маленькая, хрупкая. Сидит напротив, греет руки о чашку. Говорит:


- Знаешь, а еще я была замужем...
- ?
- Ну так получилось. Почти. За профессором Петербургского Университета. Ему 45. Мне 18. У него дочка меня старше. Пришла, посмотрела на меня, сказала: "Па, все понятно!" - и вышла.
Мне было 17, в мае 18 исполнялось. Как только - так и пошли в ЗАГС. Только понимаешь, 7 высших, а носки все равно воняют. Ну я как в "Даун-Хаосе". Чувствовала, словно все не со мной происходит. Отпросилась на минутку в туалет и... Ну ты понимаешь?... И нет любви.


- Родителей нет больше. Я с братом живу. Представляешь, у нас мама была хиппи, а папа -подводник. Куда он на подлодке, туда она автостопом. Только потом Андрей родился, она посерьезнее стала. Стала за папой на самолете летать...

- А я вот очень люблю Мартини. Ну просто обожаю. Вышла как-то ночью в магазин, возвращаюсь, Мартини потягиваю. Вдруг останавливается машина, а там молодой человек, мол девушка, давайте поедем кофе пить! Я его испугалась, говорю: "Как же я поеду? Я вас боюсь, вы меня еще изнасилуете...", а он "Нет, что вы, не изнасилую". Я тогда попросила его меня по городу покатать. Говорю, что даже заплатить могу.А он пачку долларов достает, мне показывает и говорит, что платить не нужно, у него у самого денег куча... И так это тогда невинно было. Теперь что? Теперь пипец. Он в меня влюбился. Снял квартиру. Машину подарил. У него автомобильных салонов по городу - куча. Говорит, что жить без меня не может, замуж зовет. А меня от него тошнит. Я ему звоню - забери свою машину! Забери! Что с этим делать?


- А еще у меня есть друг, он настоящий панк. Он ебет переходных блядей. Нет, ты прости, что я так говорю, но это правда! Ему именно так и нравится. Он однажды бутылку водки выпил, блядь поставил на скамейку, и... Потом бутылку разбил и осколком написал у нее на спине слово "хуй". Представляешь, такое отношение? А девушке пофиг было, она уже на этой скамеечке спала совершенно пьяная.
Он огромный, почти два метра. Я его даже сама боюсь, но он меня не обижает. Говорит, таких как я - нельзя обижать. Мы как-то с ним в книжный салон пришли, в СНАРК. Ну так все понтовенько, я там потом сама управляющей как-то работала, к нам девочка -консультант подходит, и так вежливо спрашивает: "Могу я вам помочь? Что вы ищете?" А он таким басом: "А хуй его знает..."
Мы однажды под скоростью бежали по разным сторонам проспекта Стачек и засовывали головы в урны. Ну кто быстрее так до конца улицы добежит...

- У меня с мальчиками все как-то не складывается. Ну так, чтобы нормально. Зато есть любовница - Лолита. Мы с ней давно. Она настоящая Лолита, как у Набокова... Представляешь, ей всего 18, а она уже помощник директора музея. Крутой искусствовед. Я ей так горжусь! То есть, я конечно тут не причем, что она такая молодец, но все равно ужасно горжусь.

- Ты не возражаешь, если я тебя обниму?
- :*)
- Нет, это так здорово, что мы познакомились...
Давай, я побежала, ангелы не прощаются...
zverenka: (Default)
В этот день вышли на охоту все маньяки кукол и плюшевых зверей. Крались осторожно, боясь спугнуть. Держали наготове садовые ножницы, острые ножи и балончики с красками. Цокали об асфальт каблуками маминых туфель, поправляли папины шляпы, наползающие глаза... После Нового Года у всех этих охотников появились новые любимцы, и пришла пора избавляться от старых.

Не знаю, как вы, а я вот своими глазами только сегодня видела застреленного медведя, спрятавшегося в нише между ларьками у Московской. Безжизненным пластмассовым взглядом провожал он людей, спешащих в метро, а на его мягком живое расплывалось винно-красное пятно. И ладно бы он был один, но у самого моего дома, почти на подходе, на перилах подъезда, сидела мокрая кукла с отстриженными ресницами. Мне кажется, ей тоже оставалось недолго. В летнем платье. Под проливным дождем.


Быть может, сегодня ночью, игрушечный ангел-хранитель, сшитый из пуха и золотых лоскутков, заберет всех страдальцев с собой, подарит им новые жизни, нашьет заплаты, выстирает в стиральных машинках и они станут как новые. В своем придуманном раю. Ну... мне так хочется верить... А то слишком жутко.


А вам, случайно, сегодня не встречалось мертвых игрушек?
zverenka: (мяка и кактус)
- Да пошёл ты! - Говорит один мужик другому, в павильоне станции метрополитена. Тот второй надувает щеки, хохочет заливисто, сверкает золотыми зубами и взаправду уходит. Едет себе медленными эскалаторами вниз, в светлое нутро города. Толкается в такт движения поездов, неловко наступает на ноги. Насвистывает мотивы, любовно поглаживает перила извилистых переходов и округлые бока томных дамочек средних лет. Выходит в вечер, где и покупает пиво в ларьке, пельмени в подвальном магазине, дешевые сигареты и кулек конфет. Дышит несвеже и тяжело.
Ему ж что, его послали и он пошел, пошел взаправду, протоптал сквозь мокрый снег дорогу до дома.
Поднимается в скрипучем лифте, открывает замки, ботинки скидывает. Ставит на плиту старый чайник в нелепых красный горох; открывает окно в молодую незрелую зиму и достает инструмент...
Над домами звучит острый джаз, на самом надрыве, повисая нотами в морозном воздухе.
Мужик играет на саксофоне и улыбается. Мужик счастлив. Ему хорошо.
zverenka: (Default)
Забирались в самые рукава, вили гнезда. Вдоль полосочек черно-белых рельс, шпалами убегали за горизонт. Собирали вдоль берега камни больших городов. Качали на ладонях небо, чесали его за ухом, словно котенка. Не боялись снов. Потом вырастали, молнии не сходились, рвались, снашивались слова и привычки, и мы меняли форму, школьную на офисные манжеты, где писали себе любовные записки, и после любились ночами, нежили плоть, прячась за картонными дверками от слухов и сглазов соседских ведьм. А время корчило, и тяжелели шаги, небо высилось, набухало дождевыми каплями, давило на плечи, в три погибели сгибая, и кланились телеса к земле, а после и вовсе шарами круглыми входили в землю. Прорастали. Стряхивали оковы вечного забытья, пили дождевые капли и выбегали в рассвет. Забирались в самые рукава. Вили гнезда. Пробовали старую жизнь на новый вкус и улыбались. Не боялись снов. Не боялись жизни.

Profile

zverenka: (Default)
zverenka

April 2011

S M T W T F S
     12
34 5 67 8 9
1011 1213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 01:34 am
Powered by Dreamwidth Studios